amelina_olja (amelina_olja) wrote,
amelina_olja
amelina_olja

Левиафан и рынок. При чем здесь культура?

ФЕСТИВАЛЬНОЕ ЧУДИЩЕ ЗВЯГИНЦЕВА,
или НЕСКОЛЬКО ВОПРОСОВ К МИНИСТРУ КУЛЬТУРЫ

lethiafan

       Много разговоров о «Левиафане» Звягинцева. И как-то стыдливо обходится тема финансирования этого откровенно циничного фильма. Кое-кто упоминает о государственном участии в бюджете проекта, кто-то, наоборот, рассказывает о частных пожертвованиях.

       Захотелось во всем этом разобраться. Итак, общий бюджет фильма «Левиафан» составил 220 миллионов рублей, из них деньги Министерства культуры 40%, остальное – частные инвестиции. Известно также, что Фонд Кино активно участвовал в формировании бюджета. А поскольку это федеральный фонд, то это значит, что через него просто прошли государственные деньги «избранному» режиссеру. Для того, чтобы миллионный поток шел в «нужном» направлении, в Фонде кино существует специальный Экспертный совет, который-то и решает, кого осчастливить, а кого отклонить.

       О составе и о деятельности этой любопытной структуры мы поговорим в следующий раз, а сейчас продолжим разговор об остальных 60% бюджета фильма. Как мы помним, эти 60% - частные инвестиции. Если перейти от процентного соотношения к рублевому выражению, то получается не много, не мало 132 миллиона рублей. То есть нашелся кто-то настолько добрый и настолько восхищенный творчеством гениального режиссера Звягинцева, что вот так вот взял да и отвалил от собственных щедрот 132 миллиона. Ну, пусть не один такой поклонник таланта, а несколько таких поклонников – все равно разговор идет о миллионах.

       Так в чем же причина такой щедрости?
       В каком-то интервью продюсер фильма Александр Роднянский настойчиво отрицал участие американских денег в создании фильма. Охотно верим, что напрямую никто из США на счет продюсерской компании денег не перечислял. Однако если внимательно прочитать высказывания того же Роднянского, многое станет понятным. Понятным настолько, что аж зубы сводит от примитивно-банального торгашеского подхода к производимому кино-продукту.

       Мы-то хлопочем, суетимся, спорим, возмущаемся русофобской позицией автора – а никакой русофобской позиции у режиссера нет. У него вообще нет никакой позиции. Зато у него есть чрезвычайно развитый нюхательный аппарат по улавливанию рыночной конъюнктуры на западном рынке кино-продукции. И все! Это бизнес, господа! Эти два фигу-ранта, похоже, прекрасно понимают друг друга – Звягинцев и Роднянский. Один умеет делать нечто, условно называемое «художественный фильм», другой умеет находить ресурсы для производства этого «нечто» и выгодно его продавать. Все наши разговоры о бессовестности сюжета, о подлости, анти-патриотичности и глумливости авторов фильма – все эти разговоры для них просто не существуют. Это как параллельные миры. Не может получиться диа-лог между «миром смысла» и «миром прибыли». Он в принципе невозможен, потому что у них точки отсчета разные.

       Продюсер в многочисленных интервью не скрывает, что интерес к фильму уже очень большой – в первую очередь со стороны разнообразных кинофестивалей.
       Вот образец его рассуждений на тему «как угодить покупателю»: «Мне представляется, что у «Левиафана» есть шанс стать картиной, значительно более адаптированной к вкусам и предпочтениям широкой аудитории. Если ко всему прочему он хорошо пройдёт в Канне, то это будет ещё и аргумент для дистрибуторов. Европейские и латиноамериканские дистрибуторы, дистрибуторы тех стран, в которых реагируют на результаты и на программу Каннского фестиваля, могут использовать победу или приз, или хорошую прессу, или резонанс, сложившийся вокруг того или иного фильма, для выпуска его в прокат».

       Про то, какие именно фильмы делает режиссер Андрей Звягинцев, он говорит совершенно откровенно: «Андрей делает фильмы, предельно востребованные фестивальной аудиторией, которая на сегодняшний день представляет из себя такой параллельный прокат, если хотите. Во всех странах и городах, где проходят серьёзные фестивали, они собирают людей, в своё время регулярно смотревших подобное кино в обычном прокате. На сегодняшний день фестивали - это форма организации параллельного проката такого рода авторского кино. Посему мы, конечно, всегда пользуемся этой возможностью».

       Вот так вот, друзья. А мы-то иногда недоумеваем – зачем делать такие фильмы, которые наверняка не будет иметь кассового успеха в России и никогда себя не окупят? Оказывается, все просто – за бугром всегда найдутся желающие прикупить антироссийский агитпроп, чтобы лишний раз ткнуть им в лицо своему кино-потребителю: «Смотри, какая мерзкая эта Рашка, как она смердит. Ты все еще ей симпатизируешь, болван?»

       Так что какой может быть спрос со всех этих звягинцевых, роднянских и прочих кино-бизнесменов? К ним, в общем-то, и вопросов-то никаких нет.

       Зато есть преогромные вопросы, даже ВОПРОСИЩИ к нашим уважаемым государственным функционерам от культуры, в первую очередь, к министру культуры Мединскому. Хочется спросить: «Как же так вышло, Владимир Ростиславович? Публично Вы этот фильм критикуете, называете его предельно конъюнктурным, а деньги-то зачем давали? Нехорошо это, товарищ министр, нечестно. Или Вы совсем не контролируете, куда у Вас в отрасли средства расходуются?» Ведь те самые 40%, которые от Министерства культуры, это 88 миллионов рублей. Министр не нашел этим очень не малым деньгам лучшего применения, чем создание кино-пасквиля? Что это? Глухота, слепота или маневры странного свойства?

       Все эти вопросы остаются пока без ответа.
Tags: Левиафан, Мединский, конъюнктура, культура, министр культуры, рынок, финансирование
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments